Альтернативные исковые требования

А) В российском процессуальном праве давно вызывает сомнения и споры возможность предъявления альтернативных исков, в которых предмет иска альтернативен, и истец просит суд удовлетворить то из заявленных им альтернативных требований, в отношении которого будут обнаружены основания для удовлетворения, либо оставляет за собой право осуществить окончательный выбор одного из альтернативных предметов позднее после стадии представления и исследования доказательств. Как суд должен поступать с таким иском, если он предъявлен?
Например, представим, что истец заявляет одновременно установительный иск о признании договора поручительства ничтожным на основании ст. 10 и ст. 168 ГК РФ и одновременно преобразовательное притязание об оспаривании того же договора по банкротным или корпоративным основаниям. Другой пример: покупатель, обманутый в отношении характеристик продаваемой вещи, предъявляет иск об оспаривании сделки в связи с обманом и одновременно требование о расторжении договора в связи с его нарушением. Еще одна иллюстрация: покупатель заявляет к поставщику иск о поставке товара в натуре или возврате уплаченной цены.
Может ли быть допущена такая опция? Часто в отечественной литературе звучат голоса в отношении недопустимости таких исков. Критически к ним относится, судя по источникам, и немецкое процессуальное право.
Но насколько аргументы против убедительны?

При этом следует уточнить, что речь на круглом столе пойдет об альтернативности предметов иска, а не об альтернативности иных элементов иска.

В частности, за скобками остается вопрос об альтернативном правовом обосновании, правовой квалификации единого материального притязания (например, требование о погашении долга либо на основании договорного обязательства о возврате займа, либо по правилам о неосновательном обогащении).

Обсуждаться будет вопрос об альтернативных предметах иска: присуждение денег или вещи, признание договора недействительным или расторжение и т.п.

Б) Такой же вопрос возникает и в отношении факультативных исков. Под этим термином здесь и далее понимается иск, в рамках которого истец заявляет приоритетный для себя предмет иска, но оговаривается о том, что, если оснований для его удовлетворения не найдется, он просит суд удовлетворить его иск в части факультативного предмета.

Например, истец требует признать договор недействительным в связи с обманом в отношении качества проданной вещи, но, если основания для этого не найдутся, — расторгнуть его в связи с нарушением условия о качества товара. Либо арендатор, столкнувшийся с существенным изменением обстоятельств, требует на основании ст.

451 ГК РФ изменить договор, но указывает, что, если исключительные условия для изменения договора по ст. 451 ГК РФ суд не обнаружит, то он просит расторгнуть договор в силу той же статьи Кодекса. Наконец, можно привести и такой пример: покупатель требует по суду отобрания вещи по ст.

398 ГК РФ, но оговаривает в иске, что, если будет установлено отсутствие вещи у ответчика, он просит взыскать с ответчика стоимость вещи.
По сути, в такого рода случаях речь идет о том, что факультативное притязание является условным и заявляется вместе с основным под условием необнаружения оснований для удовлетворения основного требования.

Президиум ВАС РФ в одном известном постановлении возможность заявления такого факультативного иска признавал и провозглашал, что при необнаружении оснований для удовлетворения иска в части основного предмета суд не должен игнорировать факультативное притязание и при наличии оснований для его удовлетворения иск в части этого притязания должен быть удовлетворен (Постановление Президиума ВАС РФ от 29.05.2001 N 9829/00).
Такие иски являются общепринятой практикой в сфере международного коммерческого арбитража и допускаются в праве многих стран (например, в Германии).

Убедительны ли аргументы в пользу признания такой возможности? Есть ли какие-либо препятствия к реализации этой модели в российском праве.

В) Кроме того, возникает и более общий вопрос о возможности предъявления условного требования не в качестве факультативного к основному притязанию истца, а в иных контекстах.

Может ли, например, истец заявить требование, которое он просит суд удовлетворить, если к моменту вынесения решения не наступит некое отменительное условие или наступит отлагательное условие?
Например, представим, что покупатель отказался от договора, считая проданный ему товар существенно дефектным, и заявил к продавцу иск о возврате уплаченной цены, но продавец категорически не согласен с расторжением, так как считает, что дефект отсутствует или не является существенным, и на этом основании требует отклонить иск. В реальности в такого рода фактурных спорах продавец, действительно, может обоснованно верить в свою позицию по фактам спора, а истина определяется после долгих судебных разбирательств и проведения судебных экспертиз. Если суд все-таки, исследовав все доказательства, встанет на сторону покупателя, признает его отказ от договора правомерным и удовлетворит иск о возврате цены, каковы гарантии того, что продавец, вернув цену в рамках исполнительного производства, затем получит назад проданную им вещь? Покупатель может взыскать цену на основании исполнительного листа, уклониться от возврата вещи и испариться или впасть в банкротство. Чтобы снизить свои риски продавец мог бы заявить обычный встречный иск о возврате вещи, но для этого ему следовало бы признать отказ правомерным, но это противоречит его позиции по делу. Выходом из положения могло бы теоретически быть заявление условного встречного иска о возврате вещи, удовлетворение которого продавец просит на случай, если суд все-таки обнаружит основания для признания договора расторгнутым и удовлетворения первоначального иска. Сейчас ВС РФ решил данную проблему иначе и в серии определений СКЭС ВС РФ 2020-2021 годов (определения СКЭС ВС РФ от 18.08.2020 № 309-ЭС20-9064 и от 23 марта 2021 № 303-ЭС20-20303) признал, что в такой ситуации суд должен присуждать покупателя к возврату вещи, несмотря на то, что продавец, оспариваюшей законность расторжения, никакого встречного иска о возврате вещи не заявлял (по модели принудительной двусторонней реституции, которая прочно укоренилась в российской судебной практике). Данное решение некоторыми юристами признается крайне спорным в силу противоречия принципам диспозитивности цивилистического процесса и частного права. Не является ли допущение условного встречного иска более разумным решением?

Если концептуально допускать встречный условный иск (вслед за правом Германии и ряда европейских стран), то может ли быть допущен и первоначальный условный иск? И если да, то при каких условиях? Могут ли это быть только условия, представляющие собой обстоятельства, возникающие в ходе рассмотрения данного дела, или речь может идти и об обстоятельствах, с данным процессом не связанных?

Г) Наконец, встает также и вопрос о возможности вынесения решения об условном присуждении, в рамках которого не просьба удовлетворить иск ставится под условие, а сам приказ суда поставлен под отлагательное условие.

Например, суд присуждает обе стороны признанного недействительным или расторгнутым договора к взаимному возврату полученного, но устанавливает четкую последовательность исполнения решения суда, согласно которой одна из сторон обязана вернуть полученное только после получения имущества другой стороны (в Определении СКЭС ВС РФ от 18.08.2020 № 309-ЭС20-9064).
Могут обсуждаться и иные примеры использования конструкции условного присуждения (например, немецкая модель присуждения Zug-um-Zug при взаимном присуждении сторон синаллагматического договора к исполнению или взаимном возврате имущества при расторжении). Многие решения о присуждении к будущим выплатам по своей сути представляют собой решения об условном присуждении. Например, при взыскании процентов или пени на будущее с начислением до момента погашения основного долга (дополнительный долг по уплате процентов или пени за каждый из дней просрочки подлежит погашению, только если основной долг, к которому суд присудил ответчика, не будет исполняться) или при присуждении к уплате алиментов (тут приказ суда перестает действовать, если ответчик умрет ранее, чем отпадут основания для начисления алиментов в пользу истца). Следует ли из этого делать вывод о том, что такая модель в принципе возможна в тех случаях, когда такое присуждение будет соответствовать существу отношений и обеспечит эффективную защиту прав?

Например, сейчас ВС РФ исходит из того, что удовлетворение иска об исполнении обязательства в натуре на фоне возникшей невозможности исполнения недопустимо.

Но представим, что препятствие к исполнению носит лишь временный характер и вполне вероятно в скором времени отпадет, хотя гарантий этого и нет.

Не было бы логично — вслед за рядом правопорядков — в такой ситуации удовлетворять иск о присуждении, поставив его исполнение под условие отпадения препятствия?

В рамках данного научно-практического круглого стола планируется обсуждение этих вопросов на стыке цивилистического процесса и частного права.

Время проведения 18.00 — 21.00 (по московскому времени)

Спикеры:

Абушенко Дмитрий Борисович — д.ю.н., профессор кафедры гражданского процесса Уральского государственного юридического университета;

Шварц Михаил Зиновьевич — к.ю.н., профессор кафедры гражданского процесса юридического факультета СПБГУ, управляющий партнер АБ «Шварц и партнеры»;

Ерохова Мария Андреевна — к.ю.н., доцент факультета права Московской высшей школы социальных и экономических наук, консультант Юридической фирмы Navicus;

Ильин Антон Валерьевич — д.ю.н., декан юридического факультета НИУ ВШЭ СПб;

Читайте также:  Исполнительный лист по алиментам, где взять и куда нести исполнительный лист на алименты

Кашкарова Ирина Николаевна — к.ю.н., доцент кафедры гражданского процесса СПбГУ;

Филатова Мария Анатольевна — к.ю.н., доцент, руководитель научно-учебной лаборатории международного правосудия, факультет права НИУ ВШЭ.

Модератор дискуссии:

Карапетов Артем Георгиевич — д.ю.н., директор Юридического института «М-Логос», главный редактор Вестника экономического правосудия РФ

Программа

  • 1. Альтернативные иски
  • 2. Факультативные иски
  • 3. Условные иски

4. Условное присуждение.

Литература для предварительного изучения:

А) Специально для данного мероприятия М. Филатовой и В. Ерохиной была подготовлена справка об альтернативных и факультативных исках в праве зарубежных стран (см. здесь), а также справку С. Трушникова об альтернативных и факультативных исках в Германии (см.здесь)

Б) Также рекомендуется изучить ряд публикаций последних лет, затрагивающих данную проблематику:
— Абушенко Д.Б. Альтернативные иски: теоретические основы правовой конструкции // Арбитражный и гражданский процесс. 2015. N 6. С. 12 — 19
— Абушенко Д.Б.

Конструкция альтернативных исков и конфликтующие правовые институты // В сб.: Служение праву: сборник статей / под ред. Д. А. Туманова, М. В. Захаровой. — Москва: Проспект, 2017. ¬С. 431 – 441
— Кашкарова И.Н. К вопросу о возможности предъявления альтернативных (факультативных) исков в состязательном процессе // Закон. 2014. N 3. С.

151 — 159
— Рожкова М.А. К вопросу об иске, изменении его предмета и основания // Хозяйство и право. 2002. N 11
— Ненашев М.М. Способ защиты права: процессуальные вопросы // Арбитражный и гражданский процесс. 2011. N 8
— Зейдер Н.Б. Судебное решение по гражданскому делу. М.: Юрид. лит., 1966
— Попов Б.В.

Альтернативные и эвентуальные иски и процессы // Сборник статей, посвященных памяти В.М. Гордона. 1927. С. 257 — 282

— Осокина Г.Л. Иск (теория и практика). М., 2000

Альтернативные исковые требования

Доступ к видеозаписи круглого стола свободный (как бесплатной была и регистрация участников). Но просим обратить внимание, что мероприятие проводилось в благотворительном формате.

Мы пытаемся помогать в сборе средств на лечение детей, страдающих от рака крови. Поэтому если запись покажется полезной или просто интересной, призываем при наличии возможности самостоятельно сделать любое посильное пожертвование фонду «Подари жизнь».

Это можно сделать за пару кликов на сайте фонда: https://podari-zhizn.ru/ru/donate

Не факт, что наши обсуждения проблем частного права кому-то в короткой перспективе помогут, но попавшим в ужасное положение и борющимся за свою жизнь детям нужна ваша помощь здесь и сейчас…

Видеозапись:

Следите за анонсами круглых столов в наших соц сетях или подпишитесь на рассылку Дайджестов частного права

Причины, вызывающие необходимость конструкции альтернативных исков

Понятие и признаки альтернативных исков. Отграничение альтернативных исков от иных правовых конструкций.

Альтернативные иски — это несколько (2 и более) рассматриваемых в рамках одного судебного дела нетождественных исков, одновременное удовлетворения которых недопустимо.

Признаки альтернативных исков:

1. Иски должны быть не тождественными за счет отличия одного или нескольких элементов.

2. Недопустимость одновременного удовлетворения исков.

3. Иски рассматриваются в рамках одного судебного дела.

Отграничение альтернативных исков от сходных правовых явлений:

1. Конкуренция исков. Понимается как избрание истцом надлежащего (либо одного из допустимых) способа защиты.

Содержательно конкуренция исков есть явление внепроцессуальное – здесь в общем-то речь идёт только лишь о «вынудительных», «защищающих» правоотношениях, об «охранительном субъектив­ном гражданском праве»; наличие либо отсутствие судебного производства на умозаключение о способе защиты никак не влияет.

Напротив, альтернативные иски возникают исключительно в связи с возбуждённым судебным делом, а утверждение истца о наличности конкретного «защищающего», охранительного правоотношения носит в известной мере факультативный характер, поскольку может как соответствовать действительности, так и опровергаться установленными судом материально-правовыми отношениями.

2. Основной и дополнительный способ исполнения.

Речь, в частности, идёт о требованиях о присуждении имущества в натуре с сопряжёнными требованиями о взыскании стоимости этого имущества на случай, если при исполнении решения суда присужденного имущества не окажется в наличии.

В исках, предусматривающих основной и дополнительный способ исполнения, никакой альтернативы нет – они подлежат удовлетворению, если на момент вынесения судебного решения охранительное правоотношение возлагает на должника обязанность передать имущество; и именно это имущество ответчик обязан передать истцу.

Стоимость же имущества выступает здесь не конкурирующим требованием, а, по сути, аналогом убытков, которые будут взысканы с ответчика, если уже после рассмотрения спора охранительное материальное правоотношение, обязывавшее передать это имущество, прекратится (процессуальным механизмом, обеспечивающим подобную трансформацию, выступит институт изменения способа исполнения судебного акта).

3. Институт процессуального соучастия.

Для пассивного соучастия допустима ситуация, когда удовлетворены материально-правовые требования ко всем соответчикам; для альтернативных исков, как указывалось нами выше, это в принципе невозможно.

Равным образом активное соучастие допускает одновременное удовлетворение материально-правовых требований всех соистцов; напротив, конструкция альтернативных исков исключает судебное решение, которым были бы удовлетворены как требования истца, так и иного лица, заявившего о своих притязаниях на предмет спора.

Использование конструкции альтернативных исков ведет к достижению двух целей.

1. Непротиворечивое разрешение конфликта (конфликтов).

Обеспечивается не только единым судебным органом, рассматривающим спор, но и тем, что в рамках одного дела собирается и оценивается строго определённый массив доказательств.

Напротив, когда конфликт рассматривается несколькими судами, в силу состязательного начала в каждое из судебных дел могут представлены разные доказательства – понятно, что это имплицитно допускает установление совершенно различной «правовой действительности».

2. Процессуальная экономия.

  • Очевидно, что рассмотрение нескольких исков в рамках одного производства (в противовес нескольким судебным делам, возбуждённых по каждому иску), позволяет «с наименьшими усилиями достигать наибольших результатов».
  • Причины, вызывающие необходимость конструкции альтернативных исков
  • Причинами, вызывающими необходимость конструкции альтернативных исков, являются:
  • 1.    Множественность гражданско-правовых способов защиты и порождаемая ею неопределённость в вопросе о надлежащем способе применительно к конкретному материальному правоотношению, возникшему между истцом и ответчиком

Как бы процессуальная доктрина ни определяла место способа защиты в известных процессуальных конструкциях (включая его в предмет иска, в содержание иска или вообще выводя за пределы данных институтов), в состязательном процессе только истец может определять тот материально-правовой инструментарий, которым он намерен воспользоваться в рамках судебной процедуры для восстановления нарушенного субъективного права или защиты охраняемого законом интереса. Вторжение суда в это полномочие нарушало бы состязательное начало – правоприменитель тогда занимал бы проистцовую позицию. Чем бы ни обосновывалась допустимость такого вторжения (процессуальная экономия, компенсаторная функция для непрофессионального представительства и т.п.), ценность сохранения равного баланса в положении спорящих сторон исключает возможность наделения суда правомочием, противоречащим основополагающему принципу процесса. Но раз суд не вправе выступать своеобразным помощником истца, то на последнего ложится задача избрания надлежащего способа защиты и, соответственно, риски, связанные с возможной ошибкой.

Ситуация для истца с правовой точки зрения может быть как предельно ясной – когда чёткое правовое регулирование и складывающаяся правоприменительная практика не вызывают сомнений в избрании надлежащего способа защиты, так и чрезвычайно запутанной – когда имеются нормотворческие дефекты, а складывающаяся правоприменительная практика не позволяет категорично решить вопрос о надлежащем способе защиты. Во втором случае истец вынужден будет либо последовательно, либо параллельно предъявлять несколько нетождественных исков, опытным путем определяя, какой же из способов защиты является надлежащим. Запретить истцу подобное поведение вряд ли возможно. Но должен ли процессуальный закон для таких случаев препятствовать истцу объединять взаимоисключающие исковые требования? Какая цель достигалась бы этим запретом? На наш взгляд, никакого разумного обоснования того, почему истец должен предъявлять несколько самостоятельных исков (но не вправе воспользоваться конструкцией альтернативных исков), нет.

Отметим также, что предъявление таких альтернативных исков не нарушает прав ответчика. Его задача, конечно, усложняется (в сравнении с тем, если бы был предъявлен иск, содержащий одно материально-правовое требование) – он должен опровергнуть каждое из притязаний.

Однако если бы истец заявил взаимоисключающие требования в разных судебных делах, то для ответчика точно так же ничего не изменилось бы – все те же аргументы оказались бы «рассыпаны» по нескольким судебным производствам.

Кстати, действующее законодательство позволяет суду объединять дела в одно производство , и тот же самый результат – совместное рассмотрение взаимоисключающих требований – мог бы для ответчика возникнуть по воле не истца, но суда.

Кроме того, концентрация (в рамках конструкции альтернативных исков) нескольких способов защиты определённым образом подталкивает суд к отысканию надлежащего и тем самым придаёт предсказуемость правоприменению. Суд уже не может (как в случае с предъявлением иска, содержащего одно материально-правовое требование) ограничиться простым указанием на избрание истцом ненадлежащего способа защиты.

  1. 2.    Неопределённость в объекте правоотношения
  2. Когда может возникать такая неопределённость, и почему она должна приводить к возможности предъявления альтернативных исков?
  3. Полагаем, возникновение неопределённости может вызываться двумя группами случаев:
  4. — первая группа характеризуется сложностью в юридической квалификации объекта правоотношения (это – хотя и не всегда – но может повлечь за собой необходимость обращения к разным способам защиты );
  5. — вторая группа, напротив, характеризуется неопределённостью фактической – здесь возникает неясность с самим объектом правоотношения, его какими-то объективными индивидуализирующими признаками, что влечёт за собой разные формулировки предмета иска (к примеру, подписанные сторонами экземпляры договора не идентичны – расхождение касается именно предмета сделки, в то же время избранный истцом способ защиты предполагает, что именно предмет сделки является материальным объектом иска).
Читайте также:  Налогообложение дохода из за рубежа

Здесь так же, как и при неопределённости в вопросе о надлежащем гражданско-правовом способе защиты, истец вынужден будет предъявлять несколько нетождественных исков (единственное отличие состоит в том, что применительно к выделенной выше второй группе случаев предмет иска будет варьироваться не за счет изменения способа защиты, а в связи с иным определением материального объекта иска). Полагаем, что и в этом случае нет разумного обоснования того, почему процессуальный закон должен препятствовать истцу объединять взаимоисключающие исковые требования – изложенные выше соображения вполне распространимы и на ситуацию с неопределённостью в объекте правоотношения.

3.    Неопределённость в субъекте, являющимся должником в обязательстве

Как правило, персонификация обязанного лица для истца не вызывает трудностей, однако не исключены и такие ситуации, когда обязательство наличествует, однако субъект, который должен выступать должником (ответчиком), либо достоверно не известен, либо в силу сложностей в толковании материально-правовых норм определим неочевидно. Здесь же мы бы упомянули ещё и случаи, когда подлежащий судебной защите интерес требует возникновения нового правоотношения, но до возникновения судебного производства объективно невозможно установить, с каким конкретно субъектом это правоотношение должно возникнуть (например, когда собственник объекта недвижимости имеет интерес к установлению сервитута, при этом проход и проезд могут быть равным образом обеспечены через несколько земельных участков, имеющих разных собственников).

  • Предъявление истцом альтернативных исков в подобных случаях, заметим, для ответчиков ничего принципиально не меняет – каждый из них может возражать против притязаний истца и использовать иной процессуальный инструментарий как при предъявлении к нему иска, рассматриваемого в рамках отдельного судебного дела, так и при предъявлении иска, рассматриваемого в рамках производства, объединяющего несколько исков к разным ответчикам.
  • Опять же концентрация альтернативных исков к нескольким ответчикам исключает ситуацию, когда наличие обязательства правоприменителями признается, но каждый из отдельно рассматривающих соответствующий иск судов отказывает в его удовлетворении, ссылаясь на допущенную истцом ошибку в определении обязанного субъекта.
  • 4.    Наличие, по мнению истца, конкурирующих фактических составов, каждый из которых допускает один и тот же способ защиты гражданских прав и охраняемых законом интересов

В этой ситуации один фактический состав исключает существование другого . Например, признание права собственности на одну и ту же недвижимую вещь может основываться как на ранее возникшем праве , так и на приобретательной давности.

Понятно, что если право истца возникло до вступления в силу норм об обязательной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, то институт приобретательной давности в принципе не применим.

В то же время, если суд посчитает факт такого возникновения права недоказанным, вполне возможно, что истцу удастся обосновать наличие обстоятельств, с которыми закон связывает констатацию права собственности именно в силу приобретательной давности.

Почему истец заинтересован в предъявлении альтернативных исков и в этом случае? Побудительным мотивом здесь выступает имеющаяся у истца неопределённость в вопросе о реальной возможности установить конкретные факты в рамках судебной процедуры (недостаточность доказательств, запрет на использование определённых средств доказывания и т.п.).

Опять же – истец может предъявить и несколько нетождественных исков, но нужно ли ему запрещать обосновывать одно и то же материально-правовое требование взаимоисключающими фактическими составами? И здесь ответ должен быть отрицательным – совместное рассмотрение исков позволит суду наиболее полно «увидеть правовую картину», сразу разрешить вопросы, связанные с существованием всех возможных (по мнению истца) фактических составов.

5.    Конкурирующие материально-правовые притязания на предмет спора иного субъекта

Понятно, что и такой субъект может предъявить самостоятельный (не альтернативный) иск. Однако концентрация в рамках одного судебного дела притязаний всех лиц, конечно же, предпочтительнее – один судебный орган в одном судебном акте разрешает сразу несколько правовых конфликтов.

Что препятствует реализации внедрения конструкций альтернативных исков:

а) институт подведомственности

Для случаев, когда альтернативные иски представляют собой взаимоисключающие притязания к разным субъектам, возможна ситуация, когда требования подведомственны различным судам (суду общей юрисдикции, арбитражному суду, третейскому суду). Аналогичным образом коллизии в подведомственности могут возникнуть и при конкурирующих материально-правовых притязаниях на предмет спора иного субъекта.

б) институт подсудности

Для случаев, когда альтернативные иски представляют собой взаимоисключающие притязания к нескольким субъектам или нескольких субъектов, возможна ситуация, когда требования подсудны разным судам. Здесь возможны конфликты как в плоскости одноуровневых судов (территориальная подсудность), так и в плоскости иной, вертикальной (родовая подсудность).

  1. в) инстанционные границы для предъявления материально-правовых требований по одному из альтернативных исков
  2. Имеются в виду ситуации, когда иски предъявляются с временны́м разрывом, и предъявление хронологически более позднего иска происходит уже после того, как завершено производство в суде первой инстанции по ранее предъявленному иску.
  3. г) специальные процедуры, предусмотренные для рассмотрения материально-правовых требований по одному из альтернативных исков

Выше в качестве обязательного признака мы выделили необходимость рассмотрения альтернативных исков в рамках одного судебного дела. Однако определенные категории требований в силу положений некоторых императивных норм подлежат рассмотрению в рамках уголовного судопроизводства (гражданский иск в уголовном процессе), в рамках дела о банкротстве, в приказном, упрощённом производстве и т.д.

  • д) необходимость применения взаимоисключающих процедурных правил в отношении одних и тех же процессуальных институтов применительно к рассмотрению каждого из альтернативных исков
  • Здесь речь идёт о ситуации, когда законом установлено принципиально разное правовое регулирование в отношении применения конкретного процессуального института (например, общая и специальная нормы). Такие противоречия могут, в частности, касаться:
  • · требований к процедуре возбуждения дела (например, для одного альтернативного иска подлежат применению общие, а для другого – специальные требования к содержанию искового заявления и прилагаемым документам);
  • · состава суда (единоличное рассмотрение одного альтернативного иска и коллегиальное другого);
  • · сроков рассмотрения судебных дел (общие для одного альтернативного иска и специальные для другого либо специальные сроки для каждого из альтернативных исков в случае, когда такие сроки по длительности не совпадают);
  • · правил о распределении бремени доказывания (имеются в виду случаи, когда в предмет доказывания по каждому из альтернативных исков входят одни и те же обстоятельства, при этом для одного иска подлежит применению общее правило, а для другого – специальное, смещающее бремя доказывания);
  • · правил о презюмировании определенных обстоятельств (здесь речь идет о ситуации, когда одно и то же обстоятельство для производства по одному из альтернативных исков доказывается по общему правилу, а для другого – считается презюмируемым);
  • · правил о допустимости доказательств (одни и те же обстоятельства для производства по одному из альтернативных исков подлежат доказыванию любыми средствами доказывания, а для другого – строго определёнными, либо же в норме содержится запрет на использование конкретных средств доказывания);
  • · процессуальных правил, которые могут быть изменены частными соглашениями спорящих сторон (речь идёт о случаях, когда действие одного и того же процессуально-правового института взаимоисключающим образом регулируется для одного альтернативного иска общей нормой процессуального закона и специальным правилом, которое является следствием допускаемого законом частного соглашения спорящих сторон, для другого

Воспользуйтесь поиском по сайту:

Альтернативные исковые требования

Юридическая фирма

Альтернативные иски или по-другому – факультативные, представляют собой сейчас сферу серьёзного обсуждения допустимости их в правовой деятельности судов.

Фактически подобные иски представляют собой множественность требований на стороне истца к стороне ответчика. Сложность для ответчика при этом, заключается в том, что отвечать и доказывать свою позицию необходимо по этим нескольким основаниям сразу же.

Выгода для истца здесь очевидна в том, что данные альтернативные требования рассматриваются одновременно, и какое он сможет доказать, то и будет считаться окончательным вариантом индивидуализации его иска. На этом основании и суд будет также принимать решение.

Получается, что может быть предъявлено несколько требований, а решение в любом случае будет вынесено только в отношении одного требования. Это значительно повышает шансы на удовлетворение иска.

Также данное положение сторон в состязательном процессе, можно рассматривать положительным моментом, в случае, если при этом в одном иске рассматриваются максимально возможные варианты разрешения дела.

Поэтому становится логичным, что после рассмотрения дела в таком виде, и вынесения решения, со вступлением его в законную силу ни одна из сторон не сможет подать новый иск. Тогда рассмотрение таких альтернативных исков может иметь положительную динамику в уменьшении нагрузки на суды.

Такими альтернативными исками можно считать, например, право займодавца на досрочное расторжение договора займа, что в конечном счёте приводит заёмщика к положению ненадлежащего исполнения обязательств по возврату процентов за пользование займом.

Читайте также:  Закупка одежды для продажи

Также, под факультативностью иска, можно понимать ситуацию, когда истец наделяется правом установления альтернативности предмета иска. При построении данного иска, альтернативное требование заявляется как бы условно.

Его применение будет зависеть от того, будет ли удовлетворено «основное» требование. Примером может выступать иск, в котором истец просит истребовать имущество с ответчика, а в случае, если его нет в натуре, обязать ответчика возместить его стоимость.

Среди практиков есть противники альтернативных исков. Ссылки производятся на том основании, что иски представляют собой некое злоупотребление правом. Ответчик обязывается в такой ситуации, возражать против применения всех приведённых и потенциальных способов защиты права.

Предъявляя альтернативные иски, такая конструкция, дала бы ответчику уже в начале процесса получить максимальную информацию касаемо потенциальных правовых оснований нарушения права истца.

Конструкция подобного иска позволяет суду одновременно рассматривать все возможные варианты разрешения спора в одном деле, которые могли бы потенциально стать основанием для вынесения решения в пользу истца. Таким образом возможно ускорить восстановление нарушенных прав.

Истец при этом должен до вынесения решения судом предоставить максимальное количество доказательств, так как не имеет возможности понять, что суд посчитает доказанным надлежащим образом в ходе процесса. Во всех случаях доказательная база формируется сторонами процесса, а суд лишь выбирает из представленного, поэтому это всегда значительная непредсказуемость.

Однако от истца требуется в любом случае указать способ защиты своего права. Предъявляя альтернативные иски, истец имеет возможность в одном деле рассмотреть несколько требований. Данное обстоятельство снижает риск отказа в удовлетворении требований.

Также такой конструкцией нивелируется положение, когда истец, поняв, что не сможет доказать позицию, вынужден её менять, а срок давности предъявления нового требования истёк. Также происходит до некоторой степени так называемая процессуальная экономия времени рассмотрения исковых требований.

Юрисконсульт

ООО «Юридическая фирма «ЗАЩИТА»

Взыскание удержанной суммы неустойки: договорный, кондикционный или альтернативный иск?

Возможность осуществления зачета в отношении суммы неустойки и основного долга по договору долгое время отрицалась как правовой доктриной, так и судебной практикой.

Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ изменил подход к решению данного вопроса, указав, что взыскание неустойки во внесудебном порядке (т.е. путем зачета) не лишает должника права поставить вопрос о применении к ее размеру положений ст.

333 ГК РФ ex post facto: «Сторона, обязанная уплатить неустойку, вправе поставить вопрос о применении к ее размеру положений статьи 333 ГК РФ путем предъявления самостоятельного иска о возврате неосновательного обогащения по правилам статьи 1102 ГК РФ» (постановления Президиума ВАС РФ от 19 июня 2012 г. № 1394/12 по делу № А53-26030/2010, от 10 июля 2012 г. № 2241/12 по делу № А33-7136/2011).

Напомню, что ст. 333 ГК РФ установлено: если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе ее уменьшить.

Как видим, с точки зрения Президиума ВАС РФ, иск «о применении статьи 333 ГК РФ» является именно кондикционным, а не договорным.

Вывод, как представляется, абсолютно верный, ведь, если формально неустойка начислена в соответствии с условиями договора или закона (в случае законной неустойки), ее зачет правомерен. Соответственно, обязательство уплаты по договору в части зачтенной суммы прекращается.

Последующее установление судом факта несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства и применение ст. 333 ГКРФ, на мой взгляд, никак не порочат сам зачет.

Вместе с тем, если неустойка начислена неправомерно, говорить о прекращении обязательства нельзя.

Имеются в виду ситуации, когда должника нельзя было привлечь к ответственности из-за просрочки кредитора, отсутствия вины (для физлиц) или если имели место обстоятельства непреодолимой силы (ст. 401 ГК РФ).

В этом случае речь идет не о снижении неустойки по правилам ст. 333 ГК РФ, а о взыскании долга по договору. Следовательно, иск должен предъявляться договорный, а не кондикционный.

Таким образом, при осуществлении зачета даже несоразмерной неустойки встречное обязательство по уплате прекращается, поэтому плательщика по договору нельзя привлечь к ответственности (скажем, потребовать неустойку за просрочку уплаты), даже если впоследствии суд найдет основания для применения ст. 333 ГК РФ. При этом именно в момент вступления в силу решения суда о применении указанной нормы устанавливается несоразмерность зачтенной неустойки, и с этого момента лицо, осуществившее зачет такой неустойки, считается неосновательно обогатившимся.

Однако в случае, когда неустойка была начислена неправомерно (например, кредитор допустил просрочку), обязательство плательщика оплатить поставленный по договору товар (выполненную работу, оказанную услугу) не прекратилось, и в этой части долг по договору остается.

В связи с этим лицо, заявившее о зачете неустойки контрагента, само может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности.

Статья 333 ГК в таком случае не подлежит применению по той причине, что основания для начисления неустойки отсутствовали, как и повод оценивать ее на предмет соразмерности.

Итак, основания и последствия удовлетворения договорного иска одни, кондикционного – другие.

Вместе с тем у истца может возникнуть вопрос: как быть, если доказательства просрочки кредитора есть, но только косвенные?

Конечно, выгоднее начать с договорного иска, а если суд откажет, предъявить кондикционный. Однако здесь всегда остается риск пропуска срока исковой давности.

Ведь пока суд будет рассматривать первый иск, для второго срок давности может истечь.

Кроме того, возникает следующий вопрос: вправе ли суд переквалифицировать договорный иск в кондикционный, если сочтет, что основания для начисления неустойки наличествовали, но ее размер неадекватен?

Согласно позициям пленумов Высшего Арбитражного Суда РФ и Верховного Суда РФ «…ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению, по мнению суда, в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования» (п.

3 Постановления Пленума ВС РФ и ВАС РФ от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных в защитой права собственности и других вещных прав»).

То есть предъявление «неправильного» иска не может служить основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, – вспомним принцип jura novit curia («суд знает закон»), воплощенный в ч. 1 ст. 168 АПК РФ: «…

при принятии решения арбитражный суд [сам] определяет какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу».

В то же время, если истец требует взыскать именно долг по договору, не затрагивая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения, переквалификация иска в настоящее время, по сути, прямо запрещена законом. В п. 1 ст. 333 ГК РФ прямо указано: «если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении».

Иначе говоря, на должников-предпринимателей действие ст. 333 ГК РФ распространимо лишь там и тогда, где и когда они заявили о несоразмерности начисленной неустойки. Это означает, что переквалификация иска судом в таких делах недопустима.

По той же причине неприменимо снижение неустойки по правилам данной нормы в ситуации, когда из текста искового заявления неясно, какой именно иск предъявлен.

Предположим, истец не заявил о несоразмерности неустойки и не уточнил, в каком порядке он просит взыскать названную сумму, оставив правовую квалификацию иска на усмотрение суда.

Здесь возникает еще один вопрос: можно ли предъявить иск с альтернативным основанием? Например, исковое заявление будет изложено так: «Оснований для взыскания неустойки не было, поэтому прошу присудить мне сумму как долг по договору; однако если суд сочтет, что неустойка начислена правомерно, то заявляю о ее несоразмерности и прошу присудить мне сумму как неосновательное обогащение, применив ст. 333 ГК РФ».

Если рассматривать ситуацию, когда вместо осуществления зачета был предъявлен иск о взыскании неустойки, то ВС РФ разрешает использовать «две защиты по цене одной»: «Заявление ответчика о явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства само по себе не является признанием долга либо факта нарушения обязательства» (п. 71 Постановления Пленума ВС РФ от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Думаю, вряд ли есть какие-либо основания для вывода о том, что после зачета со стороны кредитора по неустойке должник оказывается с процессуальной точки зрения в худшем положении и не может, не соглашаясь с наличием нарушения, заявлять о несоразмерности неустойки. Судебно-арбитражная практика подтверждает допустимость таких исков (Определение ВС РФ от 1 июня 2015 г. № 307-ЭС15-2021 по делу № А56-74169/2013).

Таким образом, лицу, не согласному с удержанной неустойкой, логичнее, на мой взгляд, заявить альтернативный иск в ситуации, когда нет прямых доказательств, подтверждающих неправомерность начисления неустойки по договору.